Дети и кризис среднего возраста

11.03.2021
131
0
0.0
В предыдущей главе мы рассмотрели различные схемы соединения линий развития детей и родителей. Во многих семьях среднего возраста есть дети-подростки, которые оживляют в родителях аспекты сексуальности, долгое время находившиеся в дремлющем состоянии. Имея в виду этот важный фактор, мы рассмотрим то, каким образом кризис развития переживают родители.

Мистер и миссис К. в возрасте 42 и 40 лет, соответственно, обратились за консультацией в связи с беременностью. Миссис К. забеременела из-за неудачного применения диафрагмы, хотя казалось, что все было сделано аккуратно. Она хотела родить ребенка, а мистер К. заявил, что после того, как их первые дети (16 и 11 лет) вырастут, он хотел бы больше близости и свободы от ограничений, налагаемых наличием маленьких детей, несмотря на то, что они приносили ему удовольствие. Миссис К. не могла согласиться с ним, однако, несмотря на глубокое разочарование, все же сделала аборт. Беременность оживила в ней материнские инстинкты и желание в среднем возрасте вернуться к роли матери. После аборта она отдалилась от мистера К., стала безразлична к сексу и начала существенно больше интересоваться отношениями с женщинами. Особенно близкие отношения у нее сложились с женщиной-врачом, участвовавшей в ее новом проекте (миссис К. работала детской медсестрой). Эти новые отношения вполне могли стать лесбийскими на физическом уровне; мистер К. не мог не почувствовать, что секс с ним не вызывает у нее никакого интереса.

Чувствуя себя отвергнутым, он также начал терять интерес к сексу с ней. У него стали появляться фантазии об отношениях с более молодыми женщинами, которые он старался сдерживать. В их случае обоюдное обесценивание сексуальной жизни последовало за утратой возможности разрешить кризис среднего возраста «возрождением». Тоска и разочарование миссис К. из-за того, что муж лишил ее возможности вернуться к материнской роли, которая избавила бы ее от потерь, сопровождающих средний возраст, заставили ее в качестве расплаты отказать ему не только в сексе, но и в теплых чувствах. Ее утрата интереса к сексу была отчасти связана с болью принятия решения об аборте, так что прерывание беременности также подтолкнуло ее к гневному бегству от сексуальных контактов.

В большинстве случаев дети могут обеспечить родителям восстановительную (reconstructive) связь, помогая им преодолеть утраты, ощущаемые при достижении середины жизни. В только что рассмотренном примере часть трудностей была связана с тем, что миссис К. предстояло расстаться со своей ролью матери, когда ее дети вырастут. Та же причина еще более ярко проявилась в следующем случае, когда последний из четверых детей оставил родительский дом. Между этими двумя примерами есть еще одно сходство: обе женщины отвернулись от своих мужей ради других женщин.

Сельма, художница 48 лет, в последнее время перестала получать удовольствие от секса. В начале семейной жизни секс с Эдвином, ее мужем (49 лет), вызывал у нее довольно умеренное возбуждение, но с некоторых пор она стала считать его навязчивым, а секс с ним – угнетающим. Особенно неприятен ей был его интерес к ее груди. Со своей стороны, Эдвин пытался обрести в отношениях с женой удовлетворенность жизнью, которая пошатнулась из-за того, что он разочаровался в своей карьере. Он надеялся, что жена поможет ему пережить это разочарование, которое принес ему пятый десяток.

Для Сельмы, однако, это сулило потери. Она хотела уделять больше времени своим занятиям живописью, чтобы восполнить утрату четверых детей. Самая младшая дочь недавно оставила дом, в то время как сын, состоящий в браке и имеющий годовалого ребенка, находился на стадии неприятия родителей и не разговаривал ни с Эдвином, ни с Сельмой. Распад отношений с одним ребенком и уход из дома второго составляли две главные темы, волновавшие Сельму, и она испытывала раздражение на Эдвина за то, что тот «хотел что-то получить от нее». Хотя ей удалось как-то воссоздать пусть хрупкую, но все же способность отвечать на его влечение, она не могла позволить ему касаться ее груди, и его неослабевающий интерес к ней возмущал ее.

Отторжение мужа от груди означало ее желание защитить свои отвергнутые и оскорбленные материнские чувства. Она разделила свои переживания утраты на гнев и печаль. Грусть выражалась в слезах, выступавших у нее на глазах всякий раз при упоминании ушедшей из дома дочери. Но когда Эдвин пытался ласкать или целовать ее грудь, реакцией был один лишь гнев. Если «кормящая грудь» оказалась не нужной дочери и отвергнутой сыном, она не могла быть доступной ни мужу, ни ей самой в качестве части тела, приносящей сексуальное удовольствие. Вместо этого ее интересы в искусстве побуждали ее идентифицироваться с Витой Сэквилл-Вест и Вирджинией Вульф – женщинами, известными как знатоки чувственной стороны жизни. Такая идентификация защищала ее от плохого объекта в мужчинах и защищала хорошую мать, позволяя не чувствовать боль из-за отвержения собственными детьми.

В этом случае дизъюнкция удерживалась в отсутствующей части сексуальной реакции. Пара могла сохранять видоизмененное чувство близости, но боль, связанная с табу на грудь, ясно сигнализировала, что в эмоциональном плане не хватало чего-то жизненно важного. Уехавшая дочь несла в себе их надежды на будущее. Без них Эдвину и Сельме оставалось обратиться друг к другу за утешением и снова установить близкие отношения. Сексуальная дизъюнкция была признаком трудностей на этом пути.

Теги:дети, среднего, возраста, кризис


Читайте также

Комментарии (0)
avatar